милуимное

[shufel]

Недосып входит в организм мягко, как хороший алкоголь. Рюмка здесь, стакан там, восхитительный вкус. Недобрал два часа сегодня, встал на три часа раньше вчера, такие дела. И только легкий хмель, и только легкая усталость. И вдруг - качается пол, исчезают в черное никуда мысли. И уже не припомнить, сколько же ты выпил и когда так вдруг устал. Спать уже и не хочется, хочется думать о черной шариковой ручке, или о правом большом пальце, или о неаккуратных ногтях, или о том, что выплыло из светлого смутного тумана при повороте головы. Нейроны головного мозга, пожимая друг другу аксоны, расходятся каждый в свой угол. Снаружи в голову залетают ...раздражители, постепенно выплавляясь в мысли. "Дрыыынь! Звенит. Слышу, что-то звенит. Звонят телефоны. Да, вижу телефон. Он звонит. Трубка. Что-то сделать с трубкой...Снять трубку. Да, сниму трубку - прекратит звонить..." Мысль катится по извилине, по бесконечной прямой к горизонту и пересекаясь там, вдалеке, с параллельной прямой, возвращается ассоциацией.


Какой сегодня день? А три часа назад - это еще сегодня? Или вчера? Еще две ночи...

Кошки по ночам забираются на столбы с трансформаторами и сидят там, чутко вслушиваясь вдаль. Несут охрану. Греют свои бренные шкурки.

Читать чужие слова ночью при недосыпе тяжело, а если слов подряд много и они умные, то совсем тяжко. Писать свои слова тоже тяжело. Не выходит наружу. А вот замечательное оказалось занятие, чтоб время тянуть - стихи переводить. И слов немного, и сложены легко, и сам трудишься, и занятие это - надолго. Ни опыта, ни способностей, и языка сразу не хватает, вот оно и занимают десять строчек - всю ночь.

Совсем плох стал. Пытаюсь посчитать слоги и определить размер стиха. Записываю справа налево. И не испытываю никаких неудобств.

Лежу на склоне холма, под солнцем, и дремлю вполглаза. Сознание где-то тут, рядом. Придумываю себе картинки и рассматриваю их. Такой рисованный сон с редкой сменой кадра. Сегодня вместо картинок стал вдруг придумывать голоса. Глубокий, низкий, почти дикторский мужской и женский, не очень высокий, гулкий, грудной, и какой-то надтреснутый. Голоса что-то рассказывали, но мне, мне(!) не важен был текст и смысл, а только сами голоса, голоса, которые я себе лениво снил.

Ночь, тихий час, даже олени и шакалы перестали бегать перед приграничным радаром. Внимательно рассматриваю ряды штеккеров и сплю с открытыми глазами. Черт побери! Мне снится чужой сон! Где-то, совсем недавно, читал про мессию, который сообщает (по телефону?) , что он приехал, и спрашивает, где можно поставить осла, чтоб его не заметили (не забрали?). Почему ему не ответил вовремя тот, кто этого мессию придумал?! Теперь старый зануда с довольной ухмылкой подробно и детально, сбиваясь на тему своего величия, объясняет мне, как хитро он обошел радары противовоздушной обороны. Очнувшись, подумал: а при чем здесь радары ПВО, если он пришел, ведя осла в поводу? С другой стороны, пришел-то небом...

Солнце, ветер, тишина, простор, пустота. Сиюминутные хлопоты. Только здесь и сейчас имеет значение. Недосып. Такой вот экстремальный отпуск.

Comments

[bdbd.livejournal.com]

:-)