Обстоятельства места.
120 километров к северу от Эйлата и сколько-то к югу от Мертвого Моря. Граница. Сирийско-Африканский разлом, долина двести с гаком км длиной и десяток км шириной. Местами - гигантская столешница, хоть шары катай, местами - сопочки-крохотулечки, ручьи да овраги. Дальше десятка метров от пересыхающих ручьев не растет ничего. Пустыня. С нашей стороны - наши горы да холмы, пожиже. С их стороны - их горы, повыше. Посередке (ну, не совсем) - грунтовая дорога, за ней три метра вспаханной земли, ряд железных штырей. Местами на них еще забор приспособлен - по пояс. Потом еще три метра вспаханной земли. Граница, да. Чтоб не забывали и боялись, иногда еще щиты с предупреждениями стоят. В километре - шоссе на Эйлат. На том же расстоянии - пара киббуцов и поселков. Сельхозугодья и теплицы местами доходят до самой границы. Собственно, есть места, где поля вообще в Иордании. Но там все серьезно - стоят ворота, когда их открывают-закрывают, присутствует патруль. В одном месте (тсс, военная тайна) - постоянный охранник в штатском на частной машине. Если что, ему официально разрешено вытаскивать пистолет и идти в аттаку.
Обстоятельства местного времени.
Сейчас январь. Значит, в один прекрасный день пойдет дождь, и выпадут те 4миллиметра осадков, которые должны выпасть в этом году. Все остальное мы получаем наземно. Если по карте, то здесь через каждые два километра - ручей, через десяток - речушка. Все они напрочь пересохшее, и всех веселят щиты под Эйлатом "Остерегайтесь наводнений". Вот только оно молчит, молчит, а потом каак даст! И армейский джип плывет не хуже мелколитражки, и не зря выхлопные трубы у них на высоте полутора метров. А пока одна волна схлынула, а другая еще не пришла, здесь сухо. Сухой песок, сухой воздух, никакой росы. Днем теплое солнце и холодный ветер. С десяти до трех можно снять куртку и лежать на солнышке в гимнастерке. Если при этом читать книгу, то та рука, что на солнце, раскаляется, а та, что в тени синеет и дубенеет. Ночью холодно даже в армейской теплой куртке. Хотя температура для России смешная, не ниже плюс восьми. По утрам дымка, и момента восхода не застать. Когда дымка потихоньку рассеивается, израильские горушки осевщаются и потихоньку солнце сползает в долину.
Обстоятельства личного времени.
За вычетом первых дней, когда тренировки, инструктаж и бережное наблюдение приставленного нянькой солдатика-срочника осталось нас двое. В сутках, напоминаю, 24 часа. Итого, по двеннадцать часое дежурства на нос, плюс все тревоги - еще час-другой в день. Итого, рассчетного свободного времени десять-одиннадцать часов в день. Ну, не все по уставу, и мир не без добрых людей. Итого - часов тринадцать свободного времени в день. Жить можно. Спать трудно.
Обстоятельства действия.
Из Иордании в Израиль везут гашиш. Считай, ежедневно. Раньше на это смотрели сквозь пальцы. Ловить-ловили, но не напрягались. Граница мирная, террористы лет тридцать через нее не ходят. А за каждым наркокурьером армию гонять - устанут. А теперь и оружие пошло, и террористы тоже. Ну, все граница тише, чем египетская. Иорданских постов с той стороны - туча, напротив одного нашего батальона три их стоят. И настроены более-менее мирно. Патрули, посты, засады. Засады такие - посреди равнины усядутся человек пять и давай костер жечь. Кому надо - подойдет, побеседует, бакшиш заплатит. Кому надо - обойдет. В общем, нам от них толку большого нет, спасибо хоть сами гадостей не делают. А через границу люди ходят, ходят...
Обстоятельства противодействия.
15 человек на сундук мертвеца. В смысле - сотня человек на девяносто километов. Три патруля, две тревожные группы, три офицера с джипами. Орлы! Орлы гражданской обороны. Бойся, нарушитель границы! Лучшие разбиратели завалов идут!
Как оно бывает - ослы с центнером гашиша, как оно было - как мы ловили подозрительные машины, как над нами летали подозрительные самолеты, как у них бывает - почему таиландские рабочие ходят гадить за границу - обо всем этом завтра.
Лирические обстоятельства.
"Там справа скала и слева скала, терновник и груды песка". Об этом тоже завтра.
120 километров к северу от Эйлата и сколько-то к югу от Мертвого Моря. Граница. Сирийско-Африканский разлом, долина двести с гаком км длиной и десяток км шириной. Местами - гигантская столешница, хоть шары катай, местами - сопочки-крохотулечки, ручьи да овраги. Дальше десятка метров от пересыхающих ручьев не растет ничего. Пустыня. С нашей стороны - наши горы да холмы, пожиже. С их стороны - их горы, повыше. Посередке (ну, не совсем) - грунтовая дорога, за ней три метра вспаханной земли, ряд железных штырей. Местами на них еще забор приспособлен - по пояс. Потом еще три метра вспаханной земли. Граница, да. Чтоб не забывали и боялись, иногда еще щиты с предупреждениями стоят. В километре - шоссе на Эйлат. На том же расстоянии - пара киббуцов и поселков. Сельхозугодья и теплицы местами доходят до самой границы. Собственно, есть места, где поля вообще в Иордании. Но там все серьезно - стоят ворота, когда их открывают-закрывают, присутствует патруль. В одном месте (тсс, военная тайна) - постоянный охранник в штатском на частной машине. Если что, ему официально разрешено вытаскивать пистолет и идти в аттаку.
Обстоятельства местного времени.
Сейчас январь. Значит, в один прекрасный день пойдет дождь, и выпадут те 4миллиметра осадков, которые должны выпасть в этом году. Все остальное мы получаем наземно. Если по карте, то здесь через каждые два километра - ручей, через десяток - речушка. Все они напрочь пересохшее, и всех веселят щиты под Эйлатом "Остерегайтесь наводнений". Вот только оно молчит, молчит, а потом каак даст! И армейский джип плывет не хуже мелколитражки, и не зря выхлопные трубы у них на высоте полутора метров. А пока одна волна схлынула, а другая еще не пришла, здесь сухо. Сухой песок, сухой воздух, никакой росы. Днем теплое солнце и холодный ветер. С десяти до трех можно снять куртку и лежать на солнышке в гимнастерке. Если при этом читать книгу, то та рука, что на солнце, раскаляется, а та, что в тени синеет и дубенеет. Ночью холодно даже в армейской теплой куртке. Хотя температура для России смешная, не ниже плюс восьми. По утрам дымка, и момента восхода не застать. Когда дымка потихоньку рассеивается, израильские горушки осевщаются и потихоньку солнце сползает в долину.
Обстоятельства личного времени.
За вычетом первых дней, когда тренировки, инструктаж и бережное наблюдение приставленного нянькой солдатика-срочника осталось нас двое. В сутках, напоминаю, 24 часа. Итого, по двеннадцать часое дежурства на нос, плюс все тревоги - еще час-другой в день. Итого, рассчетного свободного времени десять-одиннадцать часов в день. Ну, не все по уставу, и мир не без добрых людей. Итого - часов тринадцать свободного времени в день. Жить можно. Спать трудно.
Обстоятельства действия.
Из Иордании в Израиль везут гашиш. Считай, ежедневно. Раньше на это смотрели сквозь пальцы. Ловить-ловили, но не напрягались. Граница мирная, террористы лет тридцать через нее не ходят. А за каждым наркокурьером армию гонять - устанут. А теперь и оружие пошло, и террористы тоже. Ну, все граница тише, чем египетская. Иорданских постов с той стороны - туча, напротив одного нашего батальона три их стоят. И настроены более-менее мирно. Патрули, посты, засады. Засады такие - посреди равнины усядутся человек пять и давай костер жечь. Кому надо - подойдет, побеседует, бакшиш заплатит. Кому надо - обойдет. В общем, нам от них толку большого нет, спасибо хоть сами гадостей не делают. А через границу люди ходят, ходят...
Обстоятельства противодействия.
15 человек на сундук мертвеца. В смысле - сотня человек на девяносто километов. Три патруля, две тревожные группы, три офицера с джипами. Орлы! Орлы гражданской обороны. Бойся, нарушитель границы! Лучшие разбиратели завалов идут!
Как оно бывает - ослы с центнером гашиша, как оно было - как мы ловили подозрительные машины, как над нами летали подозрительные самолеты, как у них бывает - почему таиландские рабочие ходят гадить за границу - обо всем этом завтра.
Лирические обстоятельства.
"Там справа скала и слева скала, терновник и груды песка". Об этом тоже завтра.
no subject
no subject
Date: 2003-01-29 05:17 am (UTC)Уже.