shufel

Целых две недели не играл в волейбол. Соскучился. Постоянно в голове - вот белый мяч приближаясь, падает с неба, вот я несу ему навстречу руки, чуть приседая. Вижу свои пальцы на фоне мяча, чуть напрягаю - хлоп! бьет по подушечкам пальцев. Навязчивый образ. Сегодня, увы, опять пропускаю игру, но я уже успел добрать свое.
Мамма миа! Это было весело. В два часа ночи в русском ресторане, после водки-тостов-танцев, услышать, что рассвет приличные люди должны встречать не в постели и не за преферансом, а на травке, стуча по мячику; одно только заявление, без последствий, уже делает жизнь веселее и лучше. А увидеть, как дюжина друзей тянет руки: "ну конечно, едем!", услышать, что стукнутый об потолок именинник привез с собой в ресторан сетку и мячик - ну конечно, куда без этого в ресторане; успеть сообразить, что всеж неплохо бы домой заскочить, взять маек-шортиков на всех, кто в вечернем платье/парадных брюках играть собрался; промчаться по ночному городу, догоняя кавалькаду и изо всех сил - изо всех сил не превышая и не нарушая, поскольку (тсс!) заметно пьян (ну вот, еще один первый раз в жизни) и ступить босой ногой на сочную в росе траву... эх, да чего там! по-русски все это описывается коротко, одним словом - КАЙФ!
Качеством игры мы, конечно, вряд ли блистали; и не за высокий класс нас фотографировала от дальних кустов какая-то подозрительная личность (мы уже позвать его решили, двенадцатого не хватало, но он как-то быстро очень ушел). Бог с ним, с качеством; два часа стоять, не глядя на холоднючую росу, попадать по мячику, не глядя на холодненькую "Финляндию" и радоваться всему этому - ночи, траве, мячу, игре, друзьям, которые побегут спасать запоротый тобой пас, но хороши не только этим, Ирке (не пустили бедняжку играть, а ведь у нее пузо еще поменьше мяча) - без нее мы бы через пять минут счет забыли, а она два часа просидела в сторонке, и не заснула и не сбилась (наверное?) - вот это жизнь, вот это счастье!
Счастье, замечательное само по себе, в минуты спонтанного порыва, хмеля и борьбы за мяч; и дважды замечательное тем, что сейчас, наутро после, в эту минуту я не чувствую ни недосыпа, ни похмелья, а все его же - счастье.
А причем здесь пледики-подушечки? А ни при чем.